Оба тигренка смотрели на копошащихся на поляне людей, и взгляды обоих были прикованы к одному и тому же человеку. Оба, еще не сознавая этого, старались запомнить его лицо, фигуру, жесты. Они еще не знали какие чувство движет ими. А чувство было одно: месть. Беспощадная, не знающая преград месть...
Провозившись довольно долго, люди наконец ушли, унося о собой шкуру тигрицы. Тигрята старались не смотреть на кровавое месиво на там месте, где только что лежала их мать. Они взглянули в глаза друг другу и поняли, что ими владеет одно и то же еще не осознанное чувство. Оба добились своей цели: образ человека в серо-голубой шкуре навсегда врезался в их память.
Со смертью матери началась самостоятельная жизнь тигрят. Тигрятам было по два с лишним года, но они еще только начинали помогать матери в охоте, а теперь им предстояло всему учится самим. Однако они находились уже в таком возрасте, что могли выжить самостоятельно. И они выжили. Братья всегда охотились вместе, и обычно удача сопутствовала им. Они жили трудной, полной опасностей и приключений жизнью. Человека в серо-голубой шнуре они больше не видели, но не забыли его. Месть временно ушла вглубь, затаившись до поры...
Минуло два года. Рэдж и Року стали окончательно взрослыми; молодые тигры заняли два участка по соседству и превратили их в своя охотничьи угодья. Но и после этого они часто охотились вместе.
О мести они как будто забыли.
...Рэдж выбрался из небольшой пещерки, служившей ему логовом, и огляделся по сторонам. Хорошо замаскированная кустами и лианами пещерка находилась почти на самой вершине довольно высокой горы, откуда открывался прекрасный обзор на многие километры вокруг. Сразу у подножия горы начинались непроходимые джунгли - это были охотничьи угодья Рэджа. На север, на юг и на запад джунгли покрывали почти все видимое пространство. Только на востоке они вскоре обрывались. С вершины горы была хорошо видна небольшая индийская деревушка, состоявшая из нескольких десятков глинобитных хижин, крытых соломой. Чуть на отшибе стоял двухэтажный каменный дом из белого кирпича с черепичной крышей и двумя пузатыми голубыми балкончиками. Вокруг дома был разбит небольшой парк.