Только после того, как Рольф вымылся, выбрался на берег и снова оделся, собираясь присоединиться к остальным, он заметил живое существо, сидевшее на самом большом из деревьев в центре. Почти у самого ствола виднелся ком коричневато-серых перьев размером с согнувшегося невысокого человека. Этот ком был таким тусклым, таким неподвижным, таким бесформенным, что Рольфу пришлось присмотреться к нему повнимательнее, чтобы увериться, что это не часть дерева. Когда он пригляделся к ногам гигантской птицы, то увидел, что на них было по три пальца, более крупных, чем у рептилий, и вооруженных даже еще более мощными когтями. Он по-прежнему не мог разглядеть головы птицы, каким-то странным образом скрытой от взгляда перьями.

Он продолжал оглядываться на дерево, присоединившись к остальным людям у костра.

— Страйджиф — наш друг, — сказал Рольфу Лофорд, заметив, к чему было приковано его внимание. — Его вид может мыслить и говорить; они называют себя «молчуны». Как и наш друг Мевик, они были изгнаны с родных земель. Теперь они обосновались здесь с нами, прижатыми к морю.

Мэнка достала из котла немного тушеного мяса и положила в миску Рольфа. Поблагодарив ее и начав есть, он кивнул в сторону птицы и спросил:

— Сейчас она спит?

— Его племя спит в течение всего дня, — ответил Лофорд. — Или, по крайней мере, они прячутся. Солнечный свет слепит их, поэтому днем их естественные враги — рептилии — находят и убивают их, это удается. Ночью наступает очередь птиц охотиться на кожистокрылых.

— Рад услышать, что кто-то охотится за ними. — Рольф кивнул. — То-то я удивлялся, почему они каждый вечер на закате торопятся в Замок. — После этого он принялся поглощать великолепную еду, прислушиваясь при этом к разговору остальных.

Мевик принес Вольному Народу в болота известия от других групп сопротивления, которые жили и сражались вдоль побережья на севере Разоренных Земель. Эту часть океанского побережья недавно захватили люди и твари с Востока, и правил ими такой же сатрап, как Экумен, — Чап. Этот Чап, как предполагалось, теперь держал путь на юг, чтобы жениться на дочери Экумена.