— Ну, ты гляди в оба, — предупредил старший охранник трактирщика. — Коли увидишь что подозрительное, сейчас доложи нам. Время-то нынче неспокойное.

— Слава Митре и всем богам, а также нашему мудрому правителю и смелым солдатам, у нас все в порядке, — скороговоркой зачастил хозяин заведения.

Стражники с сожалением посмотрели на дно сосудов, но просить новую порцию не стали. Напиток и верно оказался очень крепким, добавка могла сбить с ног. Узнай об этом старшие офицеры — не поздоровится.

Они надели кожаные шлемы, еще раз для порядка оглядели жующих и пьющих посетителей. Взгляд одного из них задержался на киммерийце. Он наклонился к товарищу и стал шептать тому что-то на ухо.

— Ты, видать совсем упился, — захохотал старший. — Не помнишь, что говорил офицер? Разве он похож на тех, кого следует искать? Пошли на свежий воздух, пока ты тут не упал под лавку и не уснул.

Солдаты кивнули хозяину и вышли из таверны.

— Видать, и верно что-то происходит, ведь они уже второй раз ко мне заходят, — ни к кому не обращаясь, сказал трактирщик.

Острыми черными глазами старуха смотрела на захлопнувшуюся за стражниками дверь.

Город Батрея располагался в северо-восточной части Офира на границе с Кофом, там, где уже начиналась гряда Карпашских гор.

— Не знаешь, добрая женщина, — обратился Конан к старухе. — Что случилось? Почему стражник сказал, что времена неспокойные? Насколько мне известно, и Аквилония, и Немедия, и Коф давно подписали с Офиром мирный договор.

— Мы живем в приграничной зоне, — рассудительно ответила старуха. — А когда двое дерутся, то пострадать может третий, вот потому-то стражники и следят, чтобы здесь не появлялись валлардийцы и курсаиты. Чтобы ни одна сторона не подумала, будто Офир поддерживает другую. Наши правители приняли мудрое решение.

— И какое же? — поинтересовался Конан, уже зная ответ.

— Запретили въезд в Офир и тем, и другим. Пусть сами промеж собой разбираются.