Сухогрузный пароход "Имандра", приписанный к Владивостокскому торговому порту, шел из Владивостока своим курсом. Его трюмы были забпты мукой, сахаром, различными консервами и промышленными товарами.

Кроме команды на борту находились пять вэенных моряков с молоденьким лейтенантом-артиллеристом во главе. Они обслуживали зенитные установки, расположенные на кормовых и носовых банкетах парохода. Были и пассажиры: угрюмый капитан-пограничник и военно-морской врач Степан Иванович Бакшеев, он спешил к месту службы, на свой корабль.

Двое суток назад "Имандра" приняла в трюмы последние стропы с грузом, отошла от причала и, оставив по правому борту Русский остров, легла курсом на Сангарский пролив, что между японскими островами Хонсю и Хоккайдо.

Когда Бакшеев вошел в кают-компанпю, судовые часы отметили восемь часов тридцать минут. Полчаса назад вахту принял третий штурман. "Имандра" входила в Сангарский пролив.

Степан допил чай, встал из-за стола, поблагодарил буфетчицу и посмотрел на старпома, продолжавшего сидеть в кресле.

- Что делать думаешь, Игорь?

- На боковую, профессор, до обеда на боковую. С половины четвертого на ногах...

- В такой день... Чудак, - сказал Бакшеев.

- Их будет еще немало, этих солнечных дней, у берегов Страны Восходящего Солнца.

- Что, уже подошли?!

- Спохватился, - лениво зевнул Игорь. - Два часа пдем Сангарским...

Степан повернулся и одним махом вылетел на мостик.

Вдоль бортов "Имандры" тянулся японский берег. Пароход шел левой стороной пролива, и остров Хоккайдо был виден как на ладони, тогда как Хонсю едва синел на горизонте.

Степан поздоровался с Василием Пименовичем Приходько, старым дальневосточным капитаном, кивнул рулевому, посмотрел на подволок рубкп. Там шаркали ногами: видимо, третий штурман, юный парнишка, брал пеленги по главному компасу.