То-лько он был в одежде, если это можно так назвать: от подгнивших листьев па-поротника, связанных прутиком на поясе, проку было мало. - Ну, хорошо, моногамия, - согласилась женщина. - Мне и самой это больше по нраву. Но предупреждаю, если мы так поступим, не миновать беды. Где есть ревность и страсть, и женщина, и мужчина могут стать жертвой убий-ства. Вот этого я не хочу. - Что же вы предлагаете, мисс Харт? - спросил Бойл. - Когда придет время создавать семьи, любовь не должна приниматься в расчет. Если двое мужчин хотят жениться на одной и той же женщине, пусть дерутся за нее. Сильнейший получает жену и держит ее при себе. - Естественный отбор, - пробормотал врач. - Я - за, но надо поста-вить на голосование.

На верхушке холма была неглубокая котловина - естественная арена. По краям ее сидели колонисты, все, кроме четверых. Одним из этих последних был доктор Бойл, решивший, что в обязанности председателя входит и судейс-тво. Кроме того, общество пришло к выводу, что он, как врач, лучше других сможет определить, когда прервать поединок, не доводя дела до увечий. Ря-дом с Бойлом была Мери Харт. Она нашла зазубренную ветку и расчесала свои длинные волосы, сплела для победителя венок из желтых цветов. "Что это - тоска по земной свадебной церемонии или возвращение к чему-то более древнему и непонятному?" - думал Хокинс, сидевший рядом с другими члена-ми совета. - Жаль, что эта чертова плесень съела наши часы, - сказал толстый мужчина справа от Хокинса. - Умей мы измерять время, установили бы раунды, и был бы настоящий бой за приз. Хокинс кивнул. Он смотрел на четверых людей в середине арены: само-довольная первобытная женщина, напыщенный старик, двое чернобородых молодых мужчин с лоснящимися белыми телами. Хокинс знал обоих: Феннет готовился стать младшим офицером на злополучной "Полярной звезде". Кле-менс, который был семью годами старше Феннета, летел пассажиром.