Когда пациент все же очнулся, врачи расценили это как чудо. В первые дни он рассказывал странную историю о своем путешествии в несуществующий город, причем расцвечивал ее очень красочными подробностями. Впрочем, с каждым следующим пересказом эти подробности блекли, история становилась все проще и проще. По его словам выходило, что он путешестоввал в мире мертвых, даже не заметив собственной смерти. С каждым пересказом история становилась все абсурднее, и наконец, ее вообще перестали слушать. Ранение в голову сказалось на его психике. Он стал раздражителен и плаксив.

Три года спустя друзья разыскали его. Якобсон жил в пустой квартире со множеством внутренних дверей, каждая из которых запиралась отдельным замком. Из мебели имелось только две огромных колонки, подключенных к проигрывателю.

Пластинок, впрочем, не имелось. Одну из колонок он использовал вместо кровати.

Среди соседей он слыл безобидным, хотя и неприятным сумасшедшим. Своих друзей он не узнал. О своем ранении и путешествии после смерти вообще не помнил.

Рисовать он разучился. Друзьям так и не удалось выяснить, на какие средства он живет.

Еще два года спустя его видели в городском автобусе, разговаривающим с ребенком. Якобсон снял с шеи и предложил ребенку маленькую ракушку, в которую была продета нитка. Ребенок от ракушки отказался. Якобсон был лыс, а его голова с заметным шрамом была покрыта красными прыщами. Из его кармана вытекал яичный желток. Человек, видевший его в автобусе, был одним из тех, кто успел записать историю о посмертном путешествии.