Вхожу. Тепло, просторно. Цыпа-цыпа-цыпа! — навстречу служаночка спешит. Помогает господину, то есть мне, раздеться. Запыхалась вся, раскраснелась. Приветливо шлёпаю девочку по круглой попке:

— Милочка, мне бы глинтвейну горяченького. Если не затруднит. Вас.

Она аж рот раззявила — не привыкла, глупышка, к джентльменскому обращению. Ничего, даст бог, ещё пообщаемся.

— Сударыня, я весьма обходителен по пятницам в ночь на субботу.

Захихикала и убежала.

А я присаживаюсь в кресло у камина и неторопливо потягиваю недурственное винишко, настоянное на корешках и травках. Молодца девуля, отличный глинтвейн сварила. Люблю таких малышек и уважаю.

А за спиной уже толпа собралась. Стандартная ситуация. Как говорил мой старенький профессор по психологии контакта: "Обряд знакомства с аборигенами имеет определяющее значение для последующего сотрудничества".

Толпа.

В какое время суток не заявишься, всё равно сбегутся. Не спится им, что ли?

Ага, и а вот бубенцы зазвенели — сейчас местный хохмач-любитель откроет концерт по заявкам. Так и есть:

— А почему вы лысый?

Дружное ржание. Оборачиваюсь к толпе:

— Зато у меня грудь волосатая, — и демонстрирую. Дама целомудренно падают в обморок. Кавалеры разгневаны.

Выплёскиваю остатки вина в огонь:

— Милостивые сеньоры и маркизы, нынче уж глубокая ночь. И утомился я в пути, и отдохнуть мне нужно. Короче, не сочтите, вынужден откланяться.

***

Рассвет — мягкий как щёчки девственницы. Завтрак: пальчики блестят, вилка в два зубца — шмат баранины, ещё шмат баранины и… н-да, ещё шмат сами понимаете чего. Вина не надо — не сегодня: иду знакомиться с почтенным семейством, хо-хо! — перегар неуместен.

Тронный зал: два табурета и король. Ну и королева в довесок.

Н-да, печальное зрелище: он — явный дистрофик, она — э-э, внушительная женщина, объёмная.