— А что потом? — спросил Азриим.
Долган, широко раскрыв глаза, подался вперед. Когтями он все еще раздирал собственную плоть. Востим с одобрением посмотрел на сыновей:
— А потом, сыновья, я дам вам то, что обещал: трансформацию в серых и свободу жить собственной жизнью.
Здоровяк, не в силах сдержать возбуждения, поднялся и стал радостно пританцовывать. Его израненная рука оставляла кровавые брызги на коврах. Азриим вглядывался в глаза мага, словно пытаясь определить, не лжет ли он. Но разумеется, Востим сдержит свое слово.
— Ты так и не скажешь нам, что же такое Венец Пламени и как он выглядит? — спросил полудроу.
— Всему свое время, — ответил маг.
Он потянулся сознанием через все пещеры и комнаты Уровня, пока не отыскал Серрина. Слаад оттачивал свое мастерство обращения с оружием, убивая плененных демонов, которых Востим держал для исследований и в качестве компонентов для некоторых заклинаний.
— Серрин с бородатыми демонами. Отыщите его и перенесите в залу с Ростком Пряжи. Один из его плодов созрел. Я объясню, что вам нужно будет сделать затем.
Глава 1
ПРЕИСПОДНЯЯ
Темное знание клокотало в уме Кейла. Невероятное могущество струилось по венам. Убийца не мог ни понять, ни постичь его, по крайней мере при помощи разума, но каким-то образом знал о нем. Тело казалось плотным и лишенным всяких чувств, словно Эревис долго пробыл в ледяной воде. Кейл слышал глухие, словно доносящиеся издалека, звуки, но не мог ничего видеть. На него будто нахлынуло какое-то отупение, мысли текли медленно и лениво, подобно смоле.
Эревис рванулся наружу из ментального кокона. И стоило ему освободиться, как в память хлынули воспоминания о его превращении из человека в шейда. Кейл вспомнил пульсировавшие силой теневые щупальца, пронзавшие его кожу, наполнявшие тело тьмой и похищавшие все человеческое, что в нем было. Эревис выкинул образы из головы, стараясь не закричать. Он сделал глубокий вдох, наполнив легкие сырым воздухом, насыщенным запахами разложения и зловонным, словно сточная канава. Так, значит, он был в болоте, причем в болоте, пахнувшем, как разрытый могильник. Многое нашло здесь свой последний приют, и еще многое найдет.