Еще не осознавая толком, в какую скверную историю он влип, Шурик отправился к Аське общественным транспортом. Хотя мудрее было бы лететь на такси. А по дороге он уже начал соображать, все-таки он знал Аську достаточно, чтобы просчитать ее поступки. Он знал и Аську в частности, и женщин как класс.
Итак, Аська примчалась ни с того ни с того, взъерошенная, почему-то отощавшая, и потребовала три тысячи. В этой просьбе ничего странного не было. Аська вела сражение за квартиру.
Она могла купить три импортных свитера, сдать их в коммерческий магазин, вырученные деньги немедленно вложить в шубу, шубу обменять с приплатой на кожаное пальто родом из какой-нибудь Голландии, пальто увезти в Москву, из Москвы вернуться с чемоданом косметики, косметику загнать и приобрести двадцать импортных свитеров. Причем взывать к ней о совести было бесполезно — Аське требовалась квартира. По каким-то сложным причинам она не могла рассчитывать на кооперативную, оставался единственный вариант — купить за наличные, пойдя для этого на что угодно, включая фиктивный брак. Аська набирала обороты со свитерами, сумками, косметикой, кровельным железом — но и цены на квартиры росли, так что она всегда чуточку отставала, и от этого была в постоянной ярости.
Они жили втроем в однокомнатной, и хотя эта комната была гигантской, перегородить ее как-то не удавалось. Виной тому были иногда планировка, но чаще — муж-растяпа.
Шурик мог предположить, что Аська срочно вкладывает деньги в какую-то авантюру. Но причем тут пистолет? И, позвольте, почему это ее вдруг заинтересовал курс доллара?