Я поселился в маленьком аккуратном доме на окраине тогда еще пустого поля и стал налаживать оборудование пункта приема. Только это, наверное, и спасло меня от запоя. Нужно было собрать команду роботов, настроить канал антиграв-луча, объехать всю территорию и вкопать стержни энергоограды. Да еще и не забыть выставить минимум напряжения - мне совершенно не хотелось, чтобы какой-нибудь малолетний шалопай оказался парализованным.

Через месяц начали прибывать корабли, искореженные, почерневшие, с вывороченными листами брони. Сначала они угрюмо молчали. По ночам я не мог заснуть. Подходил к окну, тихонько отодвигал занавеску и робко всматривался в мрачные темные силуэты. Мне казалось, что они потихоньку сдвигаются вокруг моего маленького белого дома. Они злы. Кораблям кажется, что их предали.

Днем затыкал уши плеером - не мог вынести давящей тишины. Но так я не мог слышать, что творится вокруг, и лихорадочно сдергивал ободок наушников каждые пять минут.

А потом, в один из монотонно солнечных дней я заснул в тени опоры старого транспортника. Накануне я вымотался, посадка искалеченного танкера, попавшего в переделку где-то около Бетельгейзе шла тяжело, луч был нестабилен, и дело затянулось до глубокой ночи.

Я привалился к опоре и незаметно задремал. Проснулся в холодном поту, резко сел. И мне показалось, что корабли вокруг тихо улыбаются, не понимая, отчего так испуган маленький бестолковый человечек. Они тихо перешептывались между собой. Такие же инвалиды, как и я. Им хотелось поделиться своими тайнами, выболтать секреты, которые они узнавали во время рейсов. Надо было только слушать.

Я потратил большую часть денег, оставшихся от компенсационной выплаты на установку системы доступа в глобальную информ-сеть. Мой почтовый ящик стал заполняться сообщениями. Я старался узнать как можно больше о каждом корабле, который попадал ко мне.

В грузовом отсеке спасателя "Вирджиния" я нашел следы. Отпечатки ботинок тяжелого десантного костюма на оплавившемся покрытии отсека. Глубокие борозды между двумя цепочками следов. Это спасатели Витторио и Сапрунов затаскивали тяжело раненого инженера с исследовательской станции, оказавшейся в зоне внезапной тектонической активности. Они едва дотянули до корабля-матки.