Принц знал, что это и есть спальня принцессы. Она была здесь, он ощущал её каждым нервом. Тьма расступалась и расползалась лохмотьями. Он увидел её — белую тень на фоне тёмного зева постели.

Легенды не лгали. Она была здесь. И она ждала его поцелуя.

Принцесса. Его принцесса. Спящая дева.

Та, что спала много столетий, в ожидании дня, когда в этом мире появится он и проникнет в её усыпальницу. Только он, он один и никто другой.

Не чувствуя ног, принц подошёл к окну и отдёрнул тяжёлые шторы, оставлявшие след на руках. След времени. След ушедших веков. Солнце зашло, и серые тени наступающей ночи заполнили комнату.

Он вновь посмотрел на принцессу. Она неподвижно лежала на пышной постели, и лунная маска её лица была безмятежна, как у ещё не рождённого ребёнка. Волосы рассыпались вокруг, точно фата из жесткого чёрного кружева. Точёные белые руки раскинуты, словно она даже во сне тщетно пыталась его обнять.

Невеста. Богиня. Его принцесса. Тень, облачённая в белый саван. Мечта, погребённая в этой могиле. И только один человек мог вернуть её к жизни. Только один.

Он склонился над ней и ощутил холодную гладкость её неподвижного тела. Бёлый цветок, закованный в лёд и жаждущий жара его неуверенных губ.

Он поцеловал её.

Губы его коснулись далёких звёзд и тут же сгорели дотла. Не было губ, не было тела. Только она и её лицо — так близко и так далеко…

Она распахнула глаза. В них отразился давно догоревший огонь заката.

Белизна её рук сомкнулась несокрушимым кольцом; она притянула его к себе. Он упал на неё, и в тот же момент зубы принцессы вошли в его шею.

….Ниже и ниже… глубже и глубже… всё горячее и горячее…

Алый поток разрастался и расцветал, опускаясь вниз по бледно-голубой атласной мягкости её округлого трепещущего горла…

Принц нисходил в мёртвое тело принцессы, точно багровый туман в ледяное ущелье. Словно мерцающий алый шёлк, неумолимо струящийся вниз по могильному белому мрамору…