— Твой ангел-хранитель, — пробурчал тот. — Пей, давай!

Вопреки всем иконам и голливудским фильмам у ангела вместо округлых щечек белокурых локонов был тяжелый гладко выбритый подбородок, плотно сжатые губы прирожденного молчуна и короткая, как у спецназовца, стрижка. И судя по ширине плеч и размеру кулаков, силушкой ангел тоже не был обделен.

Андрей автоматически проглотил таблетку, запил её водой, и снова переместился на диван.

— Я в тебя не верил.

— Я знаю.

— Чего тебе нужно? — полюбопытствовал Андрей.

— Поговорить хочу.

— Говори.

Ангел-хранитель прислонился бедром к подоконнику и задумчиво поглядел за стекло, словно собираясь с мыслями.

— Видишь ли, Андрей Владимирович, у меня сегодня последнее дежурство. Скорее всего, завтра меня у тебя уже не будет.

— Почему? — удивился утренний страдалец.

— Сегодня день решающей битвы. Да ты сам видел только что.

— Во сне?

— Да, именно. Решающая битва Добра и Зла всегда впечатляет.

— А ты на стороне Добра?

— Ты на стороне Добра, — уточнил ангел и добавил: — Пока.

— Я — Избранный?

— Размечтался…, - ухмыльнулся сизокрылый. — Ты обычный смертный, но ради таких как ты и создан этот мир. И мы — я и они, никогда не ленимся сражаться за каждого из вас.

— А почему сегодня битва именно за меня?

— Сначала ты выдал кредит за откат, потом забыл о дне рождения своей дочери, затем не приходил в больницу к матери, а теперь вот запил по-настоящему. Ты почти потерян для Добра, Андрей Владимирович. А на тебя возлагалось столько надежд, — спокойно рассказал ангел, повергнув своего подопечного в некоторое смущение.

— А вдруг вы победите? — с надеждой спросил тот.

— Кто это — мы?

— Ну… — Андрей слегка растерялся. — Воинство Света.

— Нет никакого воинства, — пробурчал хранитель. — Я буду один, и ты будешь один.