— Никто не запрещает выиграть и одновременно получить удовольствие.

— Ты разве получила большое удовольствие? Мне так не показалось.

— Вот как?

— «Мой справа гораздо сильнее твоего слева». Футы, ну-ты!

— Да, я играла агрессивно. Это гораздо лучше, чем спать на ходу.

Когда мы вернулись в номер, я заперся в ванной и долго мылся под душем. Я знал, что Пола вспотела и ей самой не терпится под душ, и нарочно не спешил. То, что Пола считает меня ленивым, не было для меня секретом: я ленился делать карьеру, я был недостаточно честолюбив. Много лет подряд она все время мучила меня подобными упреками в мой адрес — с тех пор, как сама получила свой МБА. Она постоянно подталкивала меня к тому, чтобы продолжить учебу, как бы случайно упоминая то одного, то другого из мужей своих подруг, который или только что закончил юридические курсы, или получил МБА, — намеки, намеки, намеки! Ее пассивно-агрессивная стадия пошла на спад, когда я на своей прежней работе начал загребать кучу денег, но теперь, когда ее саму повысили до финансового директора, а я из последних сил бился за свою карьеру менеджера, она была готова снова приняться за свое.

Наконец, обвязавшись полотенцем, я вышел из ванной. Пола лежала на кровати и смотрела телевизор.

Несколько минут, пока я одевался, мы молчали. Потом она сказала:

— Прости, ты прав. Я напрасно на тебя набросилась.

— Я сам виноват, — ответил я, устав на нее сердиться, — поднял шум из-за ерунды.

— Если ты и правда не хочешь ужинать с ними, мы можем отказаться. Знаешь, я бы с большим удовольствием поужинала вдвоем — мне просто не хотелось показаться невежливой.

— Не страшно. Может быть, они только на первый взгляд мне такими показались. Может, они вовсе не так уж и плохи.

Пола приняла душ и переоделась, и мы отправились на прогулку по Седьмому шоссе — до Леннокса. Маленький городок, типичный для Новой Англии, готовился принять Танглвудский музыкальный фестиваль. До фестиваля еще оставалось несколько месяцев, а пока Леннокс выглядел еще более безмятежным и безлюдным, чем Стокбридж.