
Рольник Константин
Красный меч
«Велико могущество поэзии или романа.
Они влияют на общество
сильнее самых лучших трактатов.»
Николай Морозов
«Будь, мое искусство, бичом и разящим железом, или не будь ничем.»
Лион Фейхтвангер, «1918 год»
Пролог
Планета Мезля.
Рабсийская Федерация.
3993 год бронзового века.
Моксва, 4 октобера.
Первый выстрел был сделан не из толпы, а с крыши дома, где притаился снайпер-провокатор. Это видели тысячи людей, пришедших в эти грозные дни к телецентру «Обманкино», в тщетной надежде добиться телеэфира для защитников осажденного Рабсийского парламента.
Однако многим очевидцам уже не довелось рассказать об увиденном — после того, как трещины от пули расползлись паутиной по стеклу возле входа в телебашню, на парапет выехали бронетранспортеры дворцовой гвардии, и начали хладнокровный и методичный расстрел собравшихся людей, в большинстве своем безоружных. Это была настоящая бойня, десятки тел, подкошенные пулеметным огнем, падали на асфальт. Следы трассирующих пуль прорезали темноту.
Смуглый сероглазый парень лет восемнадцати — уроженец города Бермь, приехавший в Моксву с группой друзей защищать парламент, инстинктивно вжался в асфальт. Ему показалось, что он лежит целую вечность, хотя прошло около пяти минут. Вся недолгая жизнь будто в кинематографе, пролетела за это время перед мысленным взором студента. Но это напоминало не классический сценарий с единством места и времени, а скорее монтаж беспорядочно нарезанной пленки. Обрывки воспоминаний детства, университетские приятели, лицо мамы… а вот и недавнее: товарищи по Красной партии, пьяная рожа верховника Дельцина, объявляющего о
