Режущая проволочная спираль, коей полиция блокировала улицы, пули со смещенным центром тяжести, применявшиеся против демонстрантов, пули их трех оболочек — по действию аналогичные разрывным, выстрелы в лицо патронами со слезоточивым газом, удары дубинками по головам стариков, добивание раненых, расстрелы сдавшихся безоружных людей — все пошло в ход, когда верховник Дельцин принял решение разогнать законный парламент Рабсии, сделавшись диктатором. Убитый рабочий был одним из сотен защитников попранной конституции, погибших в эту страшную неделю. Но если сотни жертв были статистикой, то гибель именно этого человека стала для юноши трагедией.

— В смерти более всего поражает ее обнаженная простота — неожиданно подумал парень — Только видя мертвое тело, понимаешь, насколько сложен был этот человек, и духовно и физически. Сколь много мог он сделать, будучи живым…

Скорбь и ненависть пришли потом, а в этот момент он подумал о смерти друга именно так. Над головой вновь просвистело несколько пуль, раздался чей-то крик боли. Парень втянул голову в плечи, и начал медленно, опираясь на руки и прижимая голову к асфальту, отползать от места бойни. Ему удалось выбраться, и оказавшись на углу улицы, он побежал в направлении парламента — необходимо было предупредить группу товарищей из Берми о том, как обернулись события. На улице появились патрули ОПОНа в масках, но у парня не было оружия. Внешность у него была неприметная: среднего роста, худой, с короткими темно-русыми волосами и серыми глазами. Молодому человеку удалось затеряться в толпе прохожих.

Добравшись до парламента, студент стремительно взошел на пятый этаж, где находился командир их группы, и срывающимся голосом рассказал о случившемся. Едва он успел закончить свой рассказ, как увидел из окна — на набережную выезжают танки дворцовой гвардии.

— Сейчас начнется расстрел. — воскликнул командир — уходим!

— Куда? — нервно крикнул в ответ один из бойцов группы — Здание блокировано со всех сторон!