Анна была очень серьезна.

— Нельзя использовать слова «капитализм» и «демократия» в качестве взаимозаменяемых. Можно иметь капитализм, что является социальной системой, и не иметь демократии, что лишь политическая система. Например: когда в Германии у власти был Гитлер, управление было диктаторским, но социальная система была чисто капиталистической.

Потом она шаловливо улыбнулась ему.

— Даже, я думаю, в США можно найти людей, которые, владея капиталистической страной, управляют ей. Те, кто контролирует большие состояния, имеют возможность управлять политическими партиями, как на местном уровне, так и на национальном. Чем меньше собственность, тем слабее голос в местной политике. И вообще, какое лобби имеют ваши сезонные рабочие из Техаса в Вашингтоне?

— Это сложная проблема, — ответил Павел, теперь слегка раздраженно, — и я не согласен с вами. Тем не менее, меня не интересует правительство Соединенных Штатов. Я просто хочу знать, что ваши люди приготовили для России, если… или когда вы возьмете власть.

Она покачала головой, с огорчением глядя на него.

— Это проблема, которую все пытаются разъяснить вам. Мы не собираемся брать власть. Мы не хотим этого, и, видимо, не смогли бы сделать это, даже если бы захотели. Мы защищаем новый тип управления, основанный на новом типе производства.

Он заметил очаровательные веснушки у ее носа, на плечах в той мере, как платье открывало их — и на руках. Ее кожа была светлой, как бывает только у северных народов.

— Хорошо, — выговорил Павел. — Теперь мы подошли к третьему типу управления. Первым была семья, вторым — собственность. Какой же третий?

— В сверхсовременном индустриальном обществе существует определенный метод создания средств жизнеобеспечения. В будущем вас будут представлять по месту работы. От вашего производства или профессии. Парламент или конгресс страны будет состоять из избранных членов от каждый отрасли производства, распределения, средств коммуникаций, органов образования, медицины…