— Синдикализм, — сообразил Павел, — с элементами технократизма.

Она пожала плечами.

— У ваших американских технократов 1930-х годов… я с ними не так хорошо знакома, но все же поняла, что власть шла сверху донизу, вместо того, чтобы по-демократически идти снизу доверху. Ранний синдикализм разработал некоторые идеи, которые позднее, я думаю, были более детально рассмотрены мыслителями. И, в конце концов, многие термины потеряли всякий смысл из-за небрежного употребления. Скажите мне, ради бога, что, например, значит термин «социализм»? Некоторые считали вашего Рузвельта

— Выгоды голосования по месту работы вместо голосования по месту жительства мне не очень ясны, — заметил Павел.

— Среди прочего, люди знают квалификацию тех, с кем работают, — ответила Анна, — является ли человек ученым в лаборатории или техником на автоматизированной фабрике. Но как много реально знают люди о политическом кандидате, за которого они голосуют?

— Думаю, это можно обсуждать весь день, — заявил Павел. Но к чему я веду, что случится, если ваша организация возьмет власть в Ленинграде? Станет ли Леонид комиссаром или главой полиции или… о каком посте вы мечтаете?

Анна засмеялась над ним, как если бы он был невыносим.

— Господин Козлов, у вас плохо варит голова. Я же говорю, мы, революционеры подполья, не стремимся к власти и не думаем, что могли бы, даже если бы стремились. Когда Советы будут свергнуты нашей организацией и власть примет новое правительство, мы как организация исчезнем. Наша работа будет сделана. А Леонид? Не знаю, может, его сотрудники изберут его на какой-нибудь пост у себя на заводе, если решат, что он достаточно квалифицирован.