О да, подумала Миголь, вы уж точно проблем не оберетесь! Но лучше уж к какому-нибудь из этих мужланов, чем домой к мужу-убийце.

— В общем так, — продолжил полицай, — Завтра же пробьём по базе. Выясним, кто ты да откуда. Ох, и влетит же тебе от мужа! Ха, суицидница…

Миголь поникла. Конечно же, выяснят. Конечно же, влетит. Самое ужасное то, что муж приставит к ней этих своих маленьких мерзких созданий, отбракованных в лаборатории — андрогинов. Генетические уродцы. То ли лилипуты — пропорциональные тоненькие куколки с детскими личиками, то ли вечные подростки, с ложно-взрослым телом, но не созревшие физиологически. Созревание и гормональный разлад убивает их. Они умирают, зачастую едва достигнув возраста пятнадцати лет. Но это вовсе не мешает «детям» справляться с сильными противниками, превосходящими их в массе и силе. От таких «нянек» уж точно никуда не скроешься. Лишнего шага в сторону не сделаешь. Маленькие, юркие, гибкие, вкрадчивые, как кошки, они будут следовать по пятам. Всегда.

Миголь поёжилась.

Через несколько часов откроются полицейские участки, и её данные немедленно обнаружат в базе любого компьютера. И отвезут мужу…

План возник в голове внезапно и сразу в полной мере. Надо попросту сбежать. Сейчас.

Ночь? Да, поговаривают разное про ночной город. Да больше врут! Сказки всё это — про хоккеистов и про крыс размером с собаку. Придумали, чтобы молодые жёны к любовникам и любовницам не бегали.

— Мне нужно в туалет, — соврала Миголь.

— Ох уж горе-то луковое на наши головы! — вздохнул один из полицаев, тот самый, который больше всех любил поболтать, — Ну ладно, потерпи немного — скоро газ перестанет подаваться, и тогда свожу, покажу, где туалет.

Миголь стала ждать. Время тянулось мучительно долго. Ночь становилась темнее и глуше. Миголь даже показалось, что она слышит попискивание мутировавших крыс и размеренное «вжжжжих-вжжжжих» коньков хоккеиста по асфальту. И отвратительное пошкрябывание ужасной наточенной клюшки…И по этой ночи надо будет идти. Куда идти? Сколько идти? И к кому?