— Понимаю. — Колби стало неинтересно и он нетерпеливо постукивал ногой об пол. — И часто вам приходится иметь дело с убийцами?

— О, да. Мания убийства распространена чрезвычайно — особенно с тех пор, как стало возможно создавать роботов-андроидов в течение трех-четырех недель. Видите ли, еще десять лет тому назад на создание одной модели требовалось несколько месяцев, а результат часто был не слишком удачный. Новая центурианская технология гораздо более эффективна. Прежде, когда нам приходилось долго ожидать доставки андроидов, задержка процедур часто бывала гибельна для пациента. Видите ли, при этой мании часто показана неотложная терапия. Кстати, только на прошлой неделе — но я опять утомляю вас, мистер Колби.

Колби подался вперед, его крошечные глазки светились ожиданием.

— О нет, я вовсе не скучаю, доктор Роум. В самом деле. Продолжайте, пожалуйста — решительно запротестовал он.

Инопланетянин недоуменно взглянул на него своими ледяными глазами.

— Отлично. У нас на прошлой неделе был пациент, закоренелый садист, причем психиатрическое обследование показало, что в глубине подсознания он был потенциальным убийцей в высокой степени фрустрации. В тот день как раз другой клиент отказался от назначенного ему лечения от страсти к нанесению побоев — да, мы иногда назначаем добровольные курсы лечения там, где нет необходимости в терапии. Так вот, у нас имелось шесть девушек-андроидов, очень совершенных моделей, в основном сконструированных для терапии насильников. Из них только одна была изготовлена для процедуры терапии убийц. Модели очень дорогие — не эти роботы с конвейера, которые практически ничем не лучше старых моделей на стальном каркасе. Эти андроиды выглядели как очаровательные женщины, и были снабжены всеми необходимыми деталями — ну, вы меня понимаете.