— Почему вы так рветесь на Луну, мистер Харриман?

— Это моя детская мечта, капитан, моя единственная мечта. Как вам объяснить… Вы с малых лет привыкли к ракетам, как я к самолетам. Я ведь на добрых полвека старше вас. Когда я был мальчишкой, мало кто верил, что когда-нибудь человек ступит на Луну. Это случилось в пору вашего детства, стало привычным, а в мое время над этим смеялись. Но я верил. Верил. Я читал Жюля Верна, Уэллса, «Дока» Смита и верил, что мы достигнем Луны, обязательно достигнем. Как я хотел стать одним из тех, кто будет гулять по Луне, увидит ее обратную сторону, увидит Землю далеко в небе. Я экономил на еде, чтобы уплатить взносы в Американское ракетное общество, веря, что и я приближаю день, когда мы достигнем Луны. Но день этот настал, когда я был почти стариком. Я только и живу, потому что еще надеюсь ступить на Луну. Я так хочу дожить!

Макинтайр встал и протянул ему руку.

— Найдите корабль, мистер Харриман, и я его поведу.

— Молодчина, Мак! Он полетит, мистер Харриман, я же говорил.

Харриман продремал весь получасовой путь до Канзас-Сити. В тревожном дневном сне возникали видения прошлого. Когда это было?.. Да, в 1910-м. Теплая весенняя ночь и маленький мальчик в ней. — «Что это, папа?» — «Комета Галлея, сынок» — «Откуда она такая?» — «Не знаю, сынок, откуда-то с неба» — «Какая красивая, пап, вот бы потрогать». — «Нельзя, сынок».

«Дилоуз, объясни мне ради бога, почему деньга, накопленные нами на дом, ты вложил в эту идиотскую Ракетную Компанию?» «Полно, Шарлотта, никакая она не идиотская. Это дело верное. Ракеты скоро за полонят небо, и пропадет надобность в поездах и кораблях. Вспомни, как разбогатели люди вложившие деньги в мастерскую Генри Форда» — «Нас это не ждет». — «Шарлотта, в один прекрасный день человек вырвется с Земли, достигнет Луны и даже других планет. А фундамент закладывается сейчас». — «Не кричи на меня!» — «Прости, но я…» — «У меня голова болит. Не шуми, когда будешь ложиться».