Я решила внимательно прочесть завтра газету. Мне становилось все яснее, что в жизни моего господина было нечто, что он боязливо скрывал от света. Я еще более убедилась в этом, когда нашла в верхнем ящике, который он открыл, чтобы выбрать галстук, заряженный револьвер, который он туда спрятал. Купец, имеющий в Сити бюро, а также виллу, дающую ему возможность играть в гольф за городом, обычно не носит с собой заряженного револьвера. Мое сердце возбужденно билось, когда я взяла в руки револьвер и играла им. Я забыла равнодушие моего хозяина ко мне. Я не считалась с тем, что он никогда не уделил мне лишнего взгляда, несмотря на то, что я красива и по пальцам обеих рук могла бы насчитать своих поклонников, восхищавшихся моим лицом и фигурой. Все же я надеялась завоевать его сердце, если бы мне удалось подойти к нему поближе. Я чувствую это, хотя никогда не думала ничего подобного о каком-нибудь другом мужчине. Я думаю, что он, по своей натуре, холоден и неприступен.

Если бы он только подозревал, какая пламенная страсть к нему пожирает меня день и ночь, он сбросил бы свою холодную, таинственную маску и уделил бы мне в своей жизни место, по которому я тоскую.

Я стояла все еще без всякого дела в его комнате и смотрела на запертый шкаф, когда, к моему удивлению, вошел мужчина - худой, неприятной внешности, с впалыми щеками и щетинистыми рыжеватыми усами. Я не легко пугаюсь, но меня кольнуло в сердце, когда он запер за собой дверь.

- Что вам нужно? - спросила я резко, - как вы посмели войти сюда?

Он строго посмотрел на меня, и я тотчас же поняла, что ошибаюсь: он не был, как мне показалось вначале, одним из моих поклонников, которых мне с большим трудом удавалось держать на расстоянии.

- Сударыня, - начал он, - я полицейский чиновник. Вы производите впечатление благоразумной девушки. Ответьте добросовестно на мои вопросы, помогите мне в исполнении моего долга, и вы будете вознаграждены.

Я несколько минут молча смотрела на него. Не думаю, чтобы я покраснела или как-нибудь иначе выдала испуг, охвативший мое сердце. Мой господин был в опасности. Я лихорадочно думала: "Как спасти его? Как спасти его?"