"Во всяком случае, — мрачно думал я, когда мы выходили из лифта, — в здании ФБР работают кондиционеры и там не так жарко и душно. Если меня до конца дней будут держать в учреждении, призванном следить за соблюдением законов, и допрашивать по делу Кифера, я буду хотя бы в сносных условиях”.

Вообще-то я не имел ничего против жары. Мне нравились жаркие страны, но при условии, что они расположены вдали от цивилизации и там не обязательно носить рубашки, которые прилипают к телу наподобие пластыря. День, конечно, выдался не самый лучший, но в здании ФБР по сравнению с полицейским участком дышалось намного легче.

Я с невольным уважением окинул взглядом специального агента Соумза — уравновешенного, энергичного господина, в безукоризненно выглаженном костюме. Такому никакой пот не страшен! Он явился за мной прямо в кабинет лейтенанта Бонда. Как я ни старался, мне так и не удалось узнать, о чем мы будем беседовать. Я спросил его об этом, когда мы очутились на улице. В ответ Соумз наградил меня приветливой улыбкой и вежливо заверил, что все это лишь формальность и что мы поговорим, когда прибудем на место. Неразговорчивому Соумзу с короткой стрижкой ежиком было лет тридцать с небольшим. В нем ощущалось что-то мальчишеское и простодушное, но вскоре я понял, что это поверхностное впечатление. Глаза агента ФБР смотрели холодно и жестко.

Мы направились куда-то по коридору. Синтетические подошвы моих ботинок поскрипывали на кафельном полу. Соумз отворил матовую стеклянную дверь и пропустил меня вперед. Мы оказались в небольшой приемной. За столом сидела аккуратная седовласая секретарша в костюме из льняной ткани и быстро стучала на машинке. Рядом находились телефонный аппарат и переговорное устройство. Позади стола была дверь кабинета, а слева короткий коридор с несколькими дверями. Соумз бросил взгляд на часы и что-то записал в книгу, лежавшую на столике подле двери. Вслед за этим он учтиво кивнул мне и сказал: