Разделившиеся в первое время на группы по шкурным интересам оголодавшие навашинцы образовали несколько кланов, позже красиво поименованных бригадами. Бригад этих, судя по рассказам, было много, слишком много, чтобы мирно сосуществовать. Начались междоусобицы, переросшие потом в уже откровенные бои за… мясо. В результате оных количество бригад через пару-тройку лет сократилось до пяти, зато качество возросло на несколько порядков и с каждым годом только повышалось. К чёрному в истории Мурома семьдесят второму это были уже не скопища плохо организованных, свихнувшихся от голода людей, а высокомобильные отлично вооружённые боевые формирования хладнокровного и не знающего пощады зверья, численностью от трёхсот до пятисот особей в каждом, включая женщин и, способных держать в руках оружие, детей, сражающихся наравне с мужчинами.

Рваные Раны, Железнодорожники, Дети Пороха, Навмаш и Святые Люди — пять стихий, рождающих животный ужас в душах всего окрестного населения своими кровавыми рейдами, после которых выжившие больше не боялись смерти.

Опустошительные набеги, сопровождающиеся грабежом, убийствами и захватом рабов, постепенно стёрли с карт не только мелкие деревушки и небольшие форты вокруг Навашино, но даже такие крупные поселения, как Выкса и Кулебаки. Затравленное население вынуждено было оставлять дома и перебираться в Мухтолово и Ардатов, подальше от страшных соседей. Но скоро беда и туда пришла.

Единственным населённым пунктом в окрестностях Навашино, которого еще не коснулись омытые в крови руки бригад, оставался Муром. Слишком хорошо был он укреплён. А вот пригороды… Конечно, сторожевые башни с их «Кордами» способны были накрыть перекрёстным огнём всё в радиусе полутора километров от стены, и подавить их силами одной бригады не представлялось возможным. Но что если объединиться?

Как раз таким вопросом и задался однажды глава самой крупной и влиятельной бригады Навмаш — Игорь Гнёт. В течении полугода ему удалось объединить, пусть и на время, все пять кланов.