Тогда погибло больше пяти с половиной тысяч человек в северном, западном и южном районах. Их тела, зачастую сильно урезанные, хоронили в общих ямах, потому как большинство погибших не имело живых родственников. Выкашивались целые семьи. Около тысячи жителей пригородов, в основном молодые мужчины и женщины, угодили в рабство прямо из собственных домов, которые, казалось, так надёжно были прикрыты крупнокалиберными пулемётами со стен Мурома. На деле же «Корды» не сильно выручили. Наибольший урон бригады понесли в северном районе, но и там пулемётным расчётам удалось отправить в небытие меньше полусотни, пока их не подавили огнём из РПГ и двух установленных на броневиках ЗУ-23, чьи спаренные пушки дырявили броню пулемётных гнёзд, как бумагу. А в плотной застройке западного и южного пригородов огонь со стен оказался и вовсе бесполезен. От него гибло больше мечущихся в панике жителей, чем знающих своё дело налётчиков.
Спустя семь часов адского разгула бригады ушли, забрав с собой новоиспечённых рабов, скот, трофейное шмотьё и мясо. Муром всё-таки накормил страждущих.
Много воды утекло с тех пор и крови немало. Муром окреп, навашинские бригады чуток поутихли. Но эти пыльные красные земли к востоку от Оки всё так же не сулили путникам ничего хорошего.
Стас шагал вперёд уже минут сорок, по-прежнему не отмечая вокруг никаких наземных ориентиров. Солнечный диск оторвался от линии горизонта и висел над пустошью раскалённым пятном, заставляя длинные тени ползти на запад, словно даже этим жалким раболепным созданиям было не уютно на дышащей смертью равнине.