— Отвали, без тебя тошно. — просипел второй. — Как только будет случай, так сразу и дадим винта.

Вольдемар осторожно, стараясь не шуметь, сделал несколько шагов назад, а потом, топая погромче подскочил к двери, дернул ручку и, стараясь не выдать свой интерес к будущим подельникам, торопливо начал делать свои дела. Закончив, также быстро вылетел наружу и, глотнув свежего воздуха, устремился к водным колонкам умываться. После завтрака Дескин решил навести справки о парочке из сортира. Сосед снизу оказался ценным источником информации.

— Один гундосит, второй сипит? — на секунду задумавшись, выдал результат. — Шмаркатый и Сиплый. Сявки, шниферы провинциальные, здесь не в авторитете.

— А что они из себя представляют? — заинтересовался Вольдемар.

— А хрен их разберет. Тихушники. А тебе эти чуханы зачем?

— Да так, для информации.

— Ну, ну.

Сосед снизу вернулся к своим делам, точнее опять завалился спать. Между прочим, зря он Сиплого и Шмаркатого чуханами назвал. Конечно, образования у Сиплого не было, дифференциальные уравнения второй степени в уме он решать не мог. И кругозор жизненный у него был узковат, зато он не был обделен природной хитростью и соображал быстро. Шмаркатый был и вовсе туповат, но силен и чувство опасности у него работало прекрасно. Вместе эта парочка оставила на воле немало висяков, а если и попадалась, то чаще случайно, в основном на сбыте краденого.

Однако в этот раз Сиплый и Шмаркатый попали в барак по собственному желанию, но не совсем так, как хотелось бы им. Полгода назад они залезли в дом богатого спекулянта и взяли просто сказочный куш. И все бы хорошо, но помешала домработница, которую хозяин попросил присмотреть за домом. Женщина появилась в самый неподходящий момент, и Шмаркатый приложил ее по голове подвернувшейся под руку бронзовой статуэткой.