– Все в порядке, сэр, – ответил он. – Сэр, РК-один-один-три-шесть. У меня нет шока. Я в порядке, – он сделал паузу. Никто больше не собирался называть его "Дарман" – как во взводе. Они все погибли, и он это знал. Джай, Вин, Тейлер. Он просто знал. – Сэр, какие-нибудь новости о РК-один-один-три-пять?

– Нет, – ответил командир, который, наверное, слышал такие же вопросы каждый раз, как останавливался для проверки. Если они не в лазарете или не занесены в этот список, значит, новостей и не будет.

Глупо было спрашивать. Кому как не Дарману было знать об этом. Клон-солдаты – и особенно республиканские коммандо – просто работали. Это была их единственная цель. И, как говорил сержант-инструктор, они были счастливчиками; в обычном мире каждое существо каждой расы волновалось о своей цели в жизни и искало ее смысл. Клонам это было не нужно. Клоны – знали. Они прекрасно подходили для своей роли, и сомнений у них никогда не было.

Дарман вообще не знал, что такое "сомнение" до нынешнего дня. Никакие тренировки его к этому не подготовили. Он отыскал место у переборки и сел.

Клон-солдат примостился рядом, втиснувшись на оставшееся пространство и коротко стукнув своим наплечником о наплечник Дармана. Они глянули друг на друга. Дарман редко контактировал с другими клонами: коммандо тренировались отдельно, включая ЭРКов. Броня солдата была белой, полегче, хуже защищала; коммандо пользовались куда более совершенной защитой. И на Дармане не было никаких цветных знаков отличия.

Но оба они точно знали, кто есть кто и кто есть что.

– Неплохая "дисишка", – с завистью сказал солдат. Он смотрел на "ДС-17": солдатам выдавали более тяжелые и менее совершенные винтовки "ДС-15". – Ионный бластер, бронебойный реактивный гранатомет и снайперка?

– Да, – все в его снаряжении было высшего качества. Жизнь солдата – менее ценна, чем жизнь коммандо. Таков был порядок вещей, и Дарман его никогда не оспаривал – никогда в течение долгого времени. – Полный комплект.