Дарман подключился к комлинку Фая, чтобы поговорить, но был мгновенно оглушен грохотом музыки глиммик. Такова была и манера поведения Фая: сплошной шум и болтовня, в следующую секунду сменяющиеся полным молчанием. Дарман отключил связь.

Старший по погрузке опустил визор шлема и положил руку на панель управления.

- Так, запомните - несколько секунд просто летите как при обычном параглайдерном прыжке, потом включаете ракетные ранцы. И не выключаете. Приготовиться, открываю люк: пять... четыре...

- Если ракетный ранец неисправен, я предпочел бы это узнать, пока мои ноги еще на палубе, - сказал Фай.

- ... два... Открываю!

Грузовой люк скользнул в сторону, и яростный порыв ветра запорошил пылью визор шлема Дармана. Сейчас они пролетали над густым лесом. Старший по погрузке, повернув голову к голографической карте, приготовился активировать систему сброса грузов. Карта показывала, что в нескольких километрах впереди начинается открытое пространство. Когда "Перевозчик пролетел над ним, оказалось, что земля там покрыта низкой сухой травой. Дарман хорошо разглядел это через прибор ночного видения в визоре шлема.

- Груз пошел, - сказал старший по погрузке, активируя механизм сброса. Ящики заскользили по трапу один за другим, и полетели к земле на парашютах, похожих в ночной тьме на удивительные белые цветы. Было видно, как последний контейнер, с высоты выглядевший как едва различимая точка, упал в траву, подняв облако пыли.

Корабль немного набрал высоту, и трап из наклонного положения был поднят до состояния ровной платформы.

- Ваша остановка, "Омега". Приятного полета.

Дарман, как и все коммандос, сделал уже много прыжков. Он даже не помнил, сколько точно, но, как и раньше, ощутил прилив адреналина, увидев, как Атин спокойно подошел к краю трапа и исчез. Дарман последовал за ним, прижимая к груди свою DC-17.