- Все на профсоюзное собрание! - и скрылась.

Этого еще не хватало! Сашка собрал "дипломат", встал. Улизнуть не было никакой возможности. Женщины из сектора не расстраивались - не все ли равно, где досматривать журнал.

Собрание было отдельским, привычным. Николай Семенович мастерски усыплял публику.

- Товарищи, за истекший период времени текущего квартала, - с чувством говорил он, - массив проделанной работы перекрыл все номинальные показатели типовых характеристик научно обоснованного планового графика исследовательских тем и опытно-конструкторских разработок, нацеленных на достижение коренного перелома, резкого повышения и качественного скачка... Так в чем же, товарищи, алгоритм успеха?

Сашка слушал и не понимал - при чем тут профсоюз, его члены и он, Кондрашов, лично!

- Да-а, - прошептал сидящей рядом машинистке Леночке, глубокомысленно и опять-таки как бы со стороны, - тут дело, конечно, в алгоритме.

Начальник обладал острым слухом и хорошей реакцией.

- Кондрашов желает что-нибудь дополнить, уточнить? Прошу!

Сашка перепугался, сник, замотал головой.

- А алгоритм успеха вот в чем...

Выступления он не слышал и не слушал, своих проблем хватало. Выход виделся один - надо менять что-то, иначе вконец изведешься. "Твердость, воля, непреклонность и, главное, абсолютное безразличие ко всему на свете, что бы ни происходило! - решал он, натягивая куртку и заматывая поверху толстый белый шарф. - Строгий, спартанский образ жизни - и за недельку нервишки перестанут трепыхаться".

- Счастливо, Сашок! - кивнула на прощание Леночка. Она к нему неровно дышала.

Сашка чуть склонил голову - начинать, так прямо сейчас. И пошел на выход. По дороге забежал в буфет. Хозяйка пищеблока Наташа сидела и читала книжку, спешить ей было некуда.