Ведь именно там, во тьме таятся все чудовища нашего подсознания, таятся и ждут своего часа…

Ник, пожалуй, не смог бы точно определить момент, когда он увидел в черном прямоугольнике нечто. Оно просто возникло перед внутренним взором.

По спине пробежал легкий холодок.

Несколькими быстрыми, но уверенными движениями Ник набросал контуры. Композиция будущей картины уже полностью сложилась в голове, сама собой. Это было как вспышка молнии в ночи.

Он погрузился в работу, не замечая течения времени. Мир сжался для него до размеров экрана. Ник не заметил даже, как в комнату заглянул охранник Олег, обходивший помещения офиса. Постояв на пороге, Олег пожал плечами и ушел. Ник застыл неподвижно, не отводя глаз от монитора; на лбу выступили мелкие бисеринки пота. Шевелились лишь его руки, пробегавшие по клавиатуре или двигавшие мышь. Виртуальная кисть наносила мазок за мазком, и картина понемногу обретала определенность.

С экрана в упор смотрел Демон. Воплощение страха, таящегося во тьме. Борозды теней прорезали вытянутое лицо с выступающим вперед подбородком и мефистофелевским носом. Глубоко посаженые глаза прятались под козырьками надбровных дуг, на тонких, сжатых в нитку губах играла едва уловимая усмешка.

Лицо Демона казалось выхваченным из мрака резким, падающим сверху красным светом, который рельефно выделял грубые черты. Гладкий безволосый череп лоснился бликом. Да, это поистине было лицо не человека, но Демона…

Последним штрихом стали точки зеленого огня, помещенные в глубине скрывающей глазницы тени – так светятся в темноте волчьи зрачки.

Картина была готова. По крайней мере, ничего нельзя было уже добавить, не испортив…

Ник окинул новоиспеченное творение оценивающим взглядом. На какой-то миг показалось, что Демон чуть шевельнулся, что он действительно смотрит с той стороны экрана точками зловещих светящихся глаз.