По комнате разлилось сияние света с розоватым оттенком, и он повернулся, чтобы посмотреть на Джоанну. Одна ее тонкая рука обвивала колени, ее голова с серьезным выражением склонилась над зажженной сигаретой, которую она только что взяла из раздаточного устройства. Она вручила ему другую сигарету.

Спенглер разместился рядом с ней и откинулся на спинку кушетки. Дым от их сигарет расплывался, розовый в полусвете, и медленно превращался в плавающую дымку.

Изогнутые стены и потолок комнаты, ограждали их, создавая атмосферу уюта и защищенности.

XXI столетие, столетие мира и покоя, было колыбелью, подумал Спенглер. Это толкование принадлежало Джоанне, не ему; она вычитала его в какой-то из книг. «Колыбель с видом на окружающий мир». Именно так. По-детски фантастическое описание, как и следовало ожидать от той эпохи, но достаточно точное. К несчастью, самообман не входил в перечень пороков Джоанны. Чтобы завоевать ее окончательно и полностью, нужно было разбить ясное представление, которое она имела о себе, бросить ее плывущей в хаосе, сделать так, чтобы она повернулась слепо к нему, ища именно в нем свою утерянную безопасность. Это нелегко сделать.

Не двигаясь, Джоанна сказала:

— Торн, мне хотелось бы поговорить с тобой серьезно, всего несколько минут.

— Конечно.

— Возможно, ты знаешь, что я собираюсь сказать; но чтобы расставить все на свои места… Ты хочешь, чтобы мы были вместе?

Стараясь попасть ей в тон, Спенглер ответил:

— Да.

— Я тоже хочу этого. Ты знаешь, что я люблю тебя больше, чем любила когда-нибудь кого-то другого. Но я никогда не выйду за тебя замуж. Ты должен поверить в это и принять такое положение вещей, если же это тебе не подходит… Я стараюсь быть честной с тобой.