Техник, сидевший за проектором, сказал:

— Повернитесь. Хорошо. Следующий.

Спенглер стоял возле двери лимузина, пока Пембан не присоединился к нему. Широкое с плоским носом лицо маленького человечка выражало удивление, интерес и что-то еще, чего Спенглер не мог определить.

— Как вы смогли найти так много портативных флюороскопов в такой спешке? — спросил он.

Спенглер довольно улыбнулся.

— Это не чудо, мистер Пембан, просто соответствующая подготовка. Эти флюороскопы хранились и поддерживались в рабочем состоянии именно для такого непредвиденного случая с 2018 года.

— Пятьсот лет, — заметил Пембан удивленно. — Ничего себе! И это первый случай, когда вам довелось использовать их?

— Первый. — Спенглер жестом пригласил Пембана занять место в машине. Следуя за ним, он продолжил. — Чтобы развернуть всю сеть установок, нам потребовалось всего полчаса. Были готовы не только флюороскопы, но и полные детальные планы всей операции. Все, что мне понадобилось сделать, это извлечь их из файлов данных, где они хранились.

Машина проехала мимо барьера.

— Ничего себе! — опять сказал Пембан. — Я чувствую себя, как дополнительный нос.

Его глаза слабо светились в полутьме, когда Спенглер повернулся и посмотрел на него.

— Простите?

— Я имею в виду, — пояснил Пембан, — что мне не кажется, что вы во мне очень нуждаетесь.

Это невыразительное протяжное произношение, подумал Спенглер, может иногда действовать раздражающе. Человек получил образование на Земле, почему он не может говорить правильно?

— Я уверен, что ваши советы окажутся весьма ценными, мистер Пембан, — произнес Спенглер ровным голосом. — В конце концов, среди нас больше нет никого, кто бы имел действительно…

Дружественный контакт с ритианами.

— Это так, — ответил Пембан. — Я совершенно забыл. Мы так привыкли к рити. Трудно помнить, что Земля никогда не вступала в торговые отношения с ними.