Он произносил «рити» со странным свистящим фрикативным звуком, чем-то сродни между "т" и "с" и резким завершающим гласным. Это делалось не из хвастовства, надеялся Спенглер, это просто было более естественно для этого человека, чем стандартизованное наименование «ритиане». Возможно также, что Пембан так же хорошо говорит на ритианском языке, как и на стандартном английском.

Спенглер нерешительно попытался представить себя частью мира Пембана. Пестрая толпа, порожденная полудюжиной групп нестандартного населения, покинувшего Землю шесть столетий тому назад. Гаитяне, выходцы из французской Западной Африки, жители Ямайки, пуэрториканцы. Узколобые, низкобровые, тупоумные, бестолковые, с грустью в глазах бездельники, производители, пьяницы и скандалисты, разговаривающие на ужасном жаргоне, представляющем собой смесь английского, французского и испанского языков. Жители колоний, если даже они так официально и не назывались.

— Мы не могли торговать с ритианами, мистер Пембан, — сказал он в конце концов мягко. — Они не человекоподобные существа.

— Да, теперь я вспомнил, господин уполномоченный, — отреагировал маленький человечек почтительно, — этот факт просто на минуту выскочил у меня из головы. Конечно, меня учили этому в школе. Земля последние пять сотен лет сохраняет неизменной свою политику по отношению к цивилизациям нечеловеческих рас. Если они еще не достигли стадии космических кораблей, следует держать их под наблюдением и сделать все, чтобы быть уверенным, что они не достигнут этой стадии. Если же они достигли этой стадии, но достаточно слабы, следует развязать против них быструю превентивную войну. Если же они достаточно сильны, как рити, то тогда применяется тактика маневра; подрывная деятельность, саботаж и методы типа «разделяй и властвуй.» А затем война. — Он хихикнул. — У меня начинает болеть голова, когда я об этом думаю.

— Эта политика, — информировал его Спенглер, — выдержала единственную имеющую значение проверку. Тест на выживание человечества. Земля продолжает жить.