— Однако я считаю необходимым, чтобы перед этим ты, сообразно твоему статусу, повидал Европу и представился знатным семействам, которые когда-то будут предопределять будущее этого континента.

Лучик света в непроглядной тьме, предвестье надежды.

— В этом путешествии ты сможешь завершить свое образование. Я думаю о том, чтобы отправить тебя в длительную поездку, сынок. Когда ты поступишь на службу в войско, ты должен уже стать мужчиной и оставить все детские глупости. Посмотри мир, испытай свои силы.

— Вы имеете в виду что-то вроде гран-тура

Граф задумчиво погладил себя по подбородку.

— Думаю, можно сказать и так, — в конце концов согласился он, хотя это слово ему явно не понравилось.

Однако отношение отца к этому понятию Никколо не интересовало. Мысленно он уже перенесся во все те места, которые посетит, и видел перед собой людей, которых повстречает. Можно было пережить настоящие приключения, посетить страны, где жили настоящие герои, увидеть собственными главами исторические сооружения, а затем описать все это, ведь именно в словах проявляется истинная красота непреходящих вещей.

— Я хочу поблагодарить вас, отец, — в восторге пролепетал он. — Идея просто превосходна, а ваша щедрость позволит мне… стать мужчиной, — Никколо очень надеялся, что не переборщил.

Граф недоверчиво посмотрел на сына, но тот тщательно следил за тем, чтобы на его лице не отражалось ничего, кроме чувства долга и почтительности.

— Я очень рад, что мы с тобой пришли к согласию по этому вопросу. А теперь иди и поговори об этом со своей матерью. По-моему, она предпочла бы, чтобы ты всю жизнь держался за ее юбку.

Держать эту новость при себе было нелегко, но Марцелла уже легла спать, и поэтому Никколо не мог отправиться к сестре и рассказать о решении отца, так что пришлось терпеть до завтрака.