Юноша растерянно посмотрел на контрольную панель. Что еще за шутки? Затем, спохватившись, что сказанное в равной мере относилось и к нему, начал быстро одеваться. Натянуть штаны, рубашку и куртку — это заняло у него не более полуминуты, и Джеймс лишь призадумался: брать ли «Шершень». Решив, что не помешает, он схватил его вместе с кобурой и, торопливо застегивая на ходу пряжку, выскочил в коридор.

В коридорах пассажирской палубы было пустынно: «ночное время», во-первых, и, потом, не так уж много было пассажиров на лайнере. В последние годы компании, занимающиеся перевозками пассажиров, испытывали одинаковые трудности: все меньше и меньше людей путешествовало по Конфедерации. Вот и приходилось выкручиваться: кто переориентировался на внутрисистемные маршруты, кто прекратил перевозить людей. А кто и вовсе разорился — с каждым годом торговые грузопотоки между системами усыхали и не требовали большого количества кораблей. Как Джеймс успел понять, «Корнуолл» вез лишь четверть от максимально возможного числа пассажиров, полностью переоборудовав две пустующих палубы под хранилища для армейских грузов.

Ясно было, что самому кораблю ничего не угрожало, иначе сообщение давали бы по общей сети, а не по локальным точкам — это было дополнительным объяснением спокойствия в коридорах. Внезапно, Джеймс понял еще кое-что интересное: едва заметный гул маршевых двигателей смолк. Быстрый взгляд на один из обзорных дисплеев, где алмазную россыпь звезд почти полностью закрывало огромное серое кольцо прыжковых ворот, подтвердил это предположение.

Юноша растерянно посмотрел на удобные кресла вокруг дисплея, пожал плечами и поспешил дальше.

Капитанский мостик оказался не там, где по традиции его строили на пассажирских судах.