А таких было маловато: в тыловые войска, резерв и службы поддержки гребли практически всех, кто подавал заявления, но не мог пройти отбор по полной программе. Все равно многие из них вскоре, так или иначе, оказывались на передовой.
Джеймс полностью уложился в нормы отбора на фронт — и вот на борту «Корнуолла» летел на Мариту, центральную тренировочную базу Конфедерации. В этом рейсе он оказался единственным выпускником ВАК — остальные предпочли воспользоваться месячной отсрочкой, навестить родных и вволю насладиться гражданской жизнью.
Джеймсу же на дежурную фразу прибывшего на вручение дипломов офицера он ответил лаконичным отказом. И молча принял пакет с документами и билетом на ближайший рейс «Корнуолла».
У койки коротко тренькнул интерком; Джеймс непонимающе оглянулся на контрольную панель: да, все верно, горит индикатор вызова.
Продолжая хмуриться, юноша заученным до автоматизма движением присоединил к разъему на виске визор и повернул, накрывая глаз. На лайнере он пробыл всего три дня, преимущественно сидя в каюте, возясь с документами: никого из знакомых во время посадки он не встретил, особо сближаться с попутчиками желания не испытывал. Кому это он понадобился?
Визор, закончив с обычным после подключения тестированием, послал сигнал интеркому.
— ВНИМАНИЕ! ВСЕМ ПИЛОТАМ ВООРУЖЕННЫХ СИЛ КОНФЕДЕРАЦИИ НЕМЕДЛЕННО ЯВИТЬСЯ НА КАПИТАНСКИЙ МОСТИК В СВЯЗИ С ЧРЕЗВЫЧАЙНОЙ СИТУАЦИЕЙ, — ровный, механический голос прогудел в тишине каюты. Сообщение повторилось дважды, после чего интерком снова пискнул и замолчал.