Близнецы никогда не запирали двери, такого было негласное правило дома. С приездом младшего брата три года назад это правило не изменилось, что дало Лису возможность всюду совать свой длинный нос. Получив серию взбучек, он придержал ненасытное любопытство, однако не упускал момента услышать и увидеть то, что знать ему было совсем не обязательно. На сей раз рыжая совесть выглядела чистой: незамедлительно требовалась информация, жизненно необходимая для духа-Кикиморы, и дать эту информацию мог только Тур.

Перешагнув порог, Лис направился прямо к кровати, где обычно отдыхал старший брат, и чуть не подпрыгнул от неожиданности, когда из глубины спальни раздался спокойный холодный голос.

— В чем дело, Лис?

— Тур?

Вспыхнул свет. И пока Лис жмурился, Тур отвел руку от настольной лампы и восстановил прежнюю позу — откинулся на спинку кресла.

— Извини, что потревожил. Мне нужно кое-что у тебя спросить… Ты же все равно не спишь, — Лис построил на физиономии молящее выражение и тут заметил перчатки, обтягивающие кисти брата. — Тур, ведь у тебя какие-то неприятности! Почему ты Ворону говоришь, а мне нет?

— Ты это хотел уточнить?

Лис стушевался.

— Да… То есть, нет. То есть, это может быть как-то связано.

Тур вздохнул и кивнул на пустую прикроватную тумбочку.

— Садись и выкладывай, что тебя интересует.

— Во-первых, меня интересует, почему ты такой мрачный сегодня, — залпом выдал Лис.

— У меня под ножом умер пациент.

— И что? — парень не на шутку испугался. — Тебе влетит?

Брат покачал головой, и Лис почему-то почувствовал себя полным дураком.

— Для хирурга моего класса этот вопрос стоит на десятом месте. Я никогда не терял пациентов. На столе — никогда. Я ищу свою ошибку, малыш.