
Скавчук, окаменев, пялился в весело полосящий экран. От окаменения его освободило легкое касание локтя и ощущение, что в руку плеснули кипящей кислоты. Голова дернулась, выискивая, кто посмел. Куратор молча ткнул в оставшиеся три экрана и кивнул на погон Скавчука. Генерал с секунду сверлил куратора обугленными гневом глазами. Потом отвел взгляд на аналитиков и противотанковой гранатой вылетел их кресла.
– Как старший по званию беру на себя управление операцией!!! – раскатился по комнатке его рык. Все, кроме Свахина, испуганно вжались в кресла. Свахин с маской гнева повернулся на Скавчука, глянул, понял, что на нём – маска, и быстро сменил её на маску выжидания. Тишину, неуверенно потекшую по комнате, смел громкий треск клавиатуры. Повисшее над клавишами облако пальцев Куратора рассеялось настолько же неожиданно, как и появилось. Куратор рванул со стены компьютера наушнички с микрофоном и протянул Скавчуку.
– Вязь с штрм. – выстрелил он, легонько мотнув головой назад. Скавчук набросил переговорник, вздохнул и спокойно прогудел:
– Всем штурм-гуппам! Всем штурм-группам! Говорит командующий операцией генерал Скавчук. Приказываю занять оборону и по команде ноги отходить через ближайшее окно. Повторяю: занять оборону и по команде ноги отходить через ближайшее окно. Ждите ног – разворачиваю прикрытие. Не стрелять по корпусам противника, там напалм под давлением. – Генерал глянул на экспертов и добавил: – Тем, кто не был в армии, разъясняю: ВАМ ПОРА УНОСИТЬ ОТТУДА ВАШИ САЛЬНЫЕ ЖОПЫ, ПОКА ИХ НЕ ПОДЖАРИЛИ!!!!! Как слышали?
