- Нет, - отозвался Харви. - Но это красиво.

- Да, это красиво, ты прав. - Внезапно она вернулась из теплого солнечного детства в свой нынешний промозглый мир и вздрогнула. - Харви, на реке и в море опасно?

- Опасно? - переспросил он.

- Я имею в виду водяных быков. Они в самом деле могут напасть на человека в лодке?

- Один может. Один нет.

- Теперь я не понимаю тебя, Харви.

- Ночью, - сказал Харви, - они поднимаются из глубины. Они разные. Один уплывет. Один выберется за человеком на сушу. Один будет лежать и ждать.

Она поежилась и спросила:

- Почему?

- Они голодные. Они злые. Они - водяные быки. Вы их не любите?

- Я их боюсь до смерти. - Она на секунду задумалась. - А тебя они не трогают?

- Нет. Я... - Харви замолк, подыскивая слово, - электрический.

- Вот как. - Она снова зябко поежилась. - Холодно. Пойду домой.

Харви шевельнулся на воде.

- Я бы хотел подарить что-нибудь, - сказал он. - Я сделаю подарок.

У нее на мгновение сжалось горло.

- Спасибо, Харви, - сказала она мягко и торжественно. - Мы будем очень рады, если ты сделаешь нам подарок.

- Не стоит благодарности, - ответил Харви.

Чувствуя себя непонятным образом согретой и приободренной, она повернулась и направилась к мирному, теплому дому. Харви, неподвижно распластавшись на воде, смотрел, как она уходит. Когда дверь захлопнулась, и в доме погасли огни, он развернулся и двинулся прочь из бухточки.

Со стороны могло показаться, что он летит, но в действительности он стремительно плыл. Сотни тончайших нитей с поразительной скоростью несли его по темной воде; на поверхности не оставалось даже ряби, словно вода была не жидкостью, а газом, сквозь который он продвигался, влекомый силой мысли. Покинув бухточку, Харви поплыл вверх по реке, двигаясь с той же легкостью и быстротой мимо низких берегов и островков, едва возвышающихся над поверхностью. Наконец, он добрался до места, где вода была особенно черна и глубока, а на протянувшуюся меж двух островков серебряную лунную дорожку деревья-колючки отбрасывали мрачные тени.