- Джин!

Я побежал. Она не сбавила шага. Я догнал ее и увидел, что волосы у нее пламенно-красные, короткие, туго завитые. И снова во мне зародилось сомнение. Я поравнялся с нею. Да, это Джин, но что с ней произошло? Лицо у нее было застывшее, невыразительное, как те, что я видел в метро. Глаза не смотрели на меня. Сквозь отверстия в бюстгальтере, словно вторая пара глаз, глядели прямо вперед выкрашенные ярко-оранжевые соски.

- Почему ты меня не встретила? Ты получила мою космограмму? - Я шел с нею рядом, обескураженный, обеспокоенный. - Джин!

Она не отозвалась. Не оглохла ли она?! Я схватил ее за голое плечо.

- Джин!

Она даже не повернула головы. Мы подошли к угловой аптеке. Джин открыла дверь, вошла. Озадаченный, я последовал за ней. Джин остановилась в конце длинной очереди женщин. Она терпеливо ждала, двигаясь вместе с очередью.

Женщина впереди положила на прилавок деньги. Продавец протянул ей какой-то пакетик. Наконец, подошла к прилавку Джин. Она взяла такой же пакетик и обернулась.

- Фрэнк! Как ты сюда попал?!

Глаза ее были широко раскрыты. Мягкие оранжевые губы улыбались. Она не походила на образ, который я хранил в памяти. Но это была Джин, и она радовалась мне!

- Джин! - я смеялся от счастья. - Мне показалось, что с тобой стряслось что-то. Ты так странно себя вела.

Джин тоже засмеялась. Своим прежним смехом, открытым, звонким. А может, она не изменилась, подумал я. Может, сам я изменился?

- Глупости, - сказала Джин. - Что могло стрястись со мною? Ой, Фрэнк, ты вернулся!

Не обращая внимания на толпу в лавке, она обняла меня за шею и поцеловала в губы. Я смутился.

- Не здесь, Джин.

- Ты никогда больше не уедешь, - сказала Джин.

- Никогда, - повторил я. Я взглянул на пакетик в ее руке. - Что это? Что ты купила?

Джин пожала плечами.

- Сама не знаю. Это рекламировали. - Она разорвала обертку. - Зубная паста. - Казалось, она была разочарована.