Вахтер, выйдя на звонок, поворчал немного насчет "в нерабочее время не велено", но впустил-таки. Поднялись мы на шестой этаж, Тоша остался в коридоре - на стреме, а дядя Сева открыл ключом дверь и, пропустив меня вперед, запер ее изнутри.

На первый взгляд это был самый обыкновенный больничный кабинет для проведения физиопроцедур: лежанка, крытая белой простынкой, возле нее столик с поблескивающей металлическими уголками коробкой какого-то прибора. Но если слегка приглядеться, становилось ясно, что все здесь на порядок лучшего качества, чем в обычной больнице: и простынка "нулевая", и столик - импортный, а уж прибор и вовсе ультрасовременно выглядит - словно из какого-то штатовского фильма. Еще там стоял шкаф с неаппетитными сосудами и неприятными инструментами, а слева от шкафа находилась дверь в смежную комнату.

Севостьянов сразу подошел к прибору, чем-то на нем щелкнул, и передняя панель засветилась зелеными и красными огоньками. Потом он открыл одну из застекленных дверок шкафа, вынул оттуда одноразовый шприц, флакончик с какой-то жидкостью и указал мне на лежанку: "Сюда".

Я лег и начал потихоньку соображать: то, что он прибор включил, и что колоть меня собирается - взаимосвязано... А он мою руку берет, трет запястье ваткой со спиртом и говорит при этом:

- Ты не бойся, это - без героина, чистый, как слеза.

Потом вгоняет мне этой дряни кубик и садится в кресло перед прибором - ко мне спиной. (А чего ему бояться? Что я сделаю? За дверью - Тоша с пушкой.) Одевает он на череп обруч, металлический вроде, от которого к прибору кабелек тянется, и начинает чего-то колдовать: на кнопки нажимать, ручки крутить... А я в этот момент окончательно просекаю: сейчас, все что у меня в голове, у него как на ладони будет. И то, что нет в природе никаких разоблачительных писем, и то, что никогда не собирался я с ним работать, и то, что так я их с Тошей ненавижу, что даже если б и не знал я ничего про Рома, все равно бы меня пришить следовало - на всякий пожарный. И уж за чем, за чем, а за этим-то у них не заржавеет. Удавят, как цыпленка.