-- Можно ли отучить их от этого? -- спросила Эвалит без малейшего интереса.

-- Да, со временем. Теоретически. Но... я достаточно знаю то, что случилось на старушке-Земле и в других мирах, когда развитые общества пробовали перестраивать более примитивные. Структура общества разрушалась, так и должно быть. Подумай о том, что будет, если мы прикажем этим людям отменить их ритуал. Они не послушаются, их дети должны стать взрослыми. Они знают, что мальчик не станет мужчиной, если не съест кусок человечьего мяса. Нам придется воевать с ними, убить большинство из них, а остальных сделать пленниками. И тогда следующее поколение ребят достигнет зрелости без волшебной пищи... что потом? Можешь ты себе представить это деморализованное общество? Массовое чувство неполноценности, потерю той традиции, которая обеспечивала признание личности? Милосерднее будет разбомбить весь остров,--Чена покачала головой.

-- Нет,-- сказала она хрипло.-- Единственный приемлемый для нас способ добиться успеха -- действовать не торопясь. Можно послать миссионеров. С помощью их наставлений и собственного примера мы сможем добиться того, что аборигены, спустя одно-два поколения, сами откажутся от обычая. Но нам просто не хватает для этого сил. Слишком долго ждать. В галактике достаточно миров, которым будет более полезна та малая помощь, которую мы способны им оказать. Я, пожалуй, рекомендовала бы оставить эту планету в покое.

Эвалит немного помолчала, прежде чем ответить.

-- Это отчасти из-за твоей собственной реакции?

-- Да, -- согласилась Чена,-- я не могу преодолеть свое отвращение. И у меня, как ты заметила, должна быть профессиональная объективность взглядов. Поэтому я скажу, если даже Линия начнет вербовать миссионеров, я сомневаюсь, что это принесет пользу.-- Она поколебалась.-- Ты сама, Эвалит...-- Кракенка поднялась.

-- Мои чувства здесь ни при чем,-- сказала она.-- Это мой долг. Спасибо за помощь.-- Она повернулась на пятках и вышла строевым шагом.