Жюль поспешно сыграл отступление. Он учтиво помог ей облачиться в этот самый не то халат, не то плащ. Он предложил ей руку и свел по лестнице, придерживая за локоток, когда ее особенно сильно заносило. Внизу он изобразил покорную готовность идти за ней хоть на край света.

— Давно бы так! — удовлетворенно проворковала Арабелла. — Только знаете, Жюль, давайте лучше я вас провожу.

— Удобно ли это будет? — усомнился Жюль.

— Удобно, удобно!.. Разве у нас не эмансипация?.. И потом я живу далеко. Вы и дорогу-то обратно не найдете!

— А как же вы? — спросил Жюль лукаво.

— О, как-нибудь доберусь! Я ведь здешняя, меня тут каждая собака знает.

Тем более, что возвращаться ты будешь утром, подумал Жюль.

Он обнял ее за плечи. Она тут же с готовностью прижалась к нему, и они потащились. Окружающая обстановка вполне располагала к любви. Было довольно тепло, одуряюще пахли незнакомые деревья, отовсюду заливались на разные голоса какие-то птицы. Словно на дворе была весна. Фонари горели редко и слабо, и Жюль с Беллой целовались в тени каждого дерева. Из-под расстегнутого плаща-халата пыхало таким жаром, что Жюлю становилось не по себе. А когда они перебирались от дерева к дереву, она щебетала о какой-то ерунде, а он пересыпал ее щебетание междометиями и обдумывал сложившуюся ситуацию.

Могло, конечно, что-то и получиться, хотя ее интерес к нему носил, кажется, только сексуальный характер… Может быть, все-таки попробовать? Или подождать до следующего раза?.. И не давало ему покоя то, что за прошедшую половину дня он так и не связался с Артуром и потому вынужден плутать в темноте.

Так он и колебался до самого своего коттеджа, не зная, как поступить. С одной стороны, Санчес был весьма любопытной зацепкой, а с другой — провалы чаще всего и происходят от излишней торопливости.

— А вы знаете, Белла, — сказал Жюль, когда они дотащились до места, — ведь у меня нет презервативов.