Битон прислонился к каминной полке, закрыл лицо руками, и плечи его судорожно затряслись. Очевидно, он очень любил хозяина, и приступ слабости у физически сильного мужчины показался мне зрелищем, достойным сострадания. Смит положил руку на плечо Битона.

— Вы прошли через крайне тяжелое испытание, — сказал он. — И выполнили свой долг с честью. Но силы, над которыми вы не властны, одержали верх на сей раз. Я — Найланд Смит.

Слуга резко обернулся, и на лице его выразилось явное облегчение.

— Поэтому, — продолжал мой друг, — все желания вашего хозяина, которые можно выполнить, будут выполнены теперь. Положитесь на меня. А сейчас пройдите в свою спальню и отдохните немного, пока мы не позовем вас.

— Спасибо, сэр. И слава Богу, что вы здесь, — невнятно проговорил Битон и, прижав руку ко лбу, послушно направился в меньшую спальню и скрылся за дверью.

— А теперь, Петри, — отрывисто сказал Смит, оглядывая засыпанный хламом пол, — поскольку я уполномочен заниматься этим делом, а вы имеете медицинское образование, то по меньшей мере следующие полчаса мы с вами можем посвятить сугубо частному расследованию сего загадочного случая. Предлагаю вам тщательно осмотреть тело в поисках любых свидетельств, которые помогли бы точно установить причину смерти. А я тем временем произведу здесь обыск.

Я кивнул и, ни слова не говоря, направился в спальню. Никаких вещей покойного в ней не было. Последнее обстоятельство подтверждало заявление Битона о том, что хозяин не пользовался этой комнатой. Я склонился над телом Хэйла.

Когда бы не странные симптомы, непосредственно предшествующие смерти (то есть паралич отвечающих за артикуляцию мускулов), я бы приписал смерть Хэйла полному истощению организма. И ничего, противоречащего данной версии, в ходе тщательного осмотра тела не обнаружилось. Не имея возможности провести более основательную экспертизу, я уже собирался вернуться к Смиту, который рылся в разбросанных по гостиной вещах, когда сделал вдруг неожиданное открытие.