В какой город мы поехали — я пока не имею права сказать. Может лет тридцать спустя, когда я начну писать мемуары, мне и разрешат это сделать, но пока… Нет, нет, нет… Известно только, что расположен он на Среднем Урале в сорока километрах от границы Европы и Азии. Не так давно его разрешили нанести на карты, но поскольку окончательно вопрос о рассекречивании не решен — т-с-с… Куда мы поехали в этом городе — тоже тайна. Улочка в самом центре, но довольно тихая, и потому двенадцатиэтажный небоскреб немного выделялся среди окружающих деревянных домишек. Скромная доска черного мрамора извещала, что здесь расположен… Тот самый…

Часовые при входе тщательно проверили удостоверения моих спутников. Завидев же меня, они вытянулись в струнку и отдали честь.

— Что с ними? — шепотом спросил я у капитана.

Тот посмотрел на меня неприязненным взглядом и желчно ответил:

— Не могу знать. Это выходит за пределы моей компетенции.

Проклятая компетенция! Если и мне предложат работать в таких же рамках, я буду вынужден отказаться. При работе с лукавыми бесями никогда не знаешь, с чем столкнешься в следующую минуту, поэтому самоограничения не только не нужны, но и откровенно вредны. Это все равно, что пытаться боксировать со связанными руками.

Когда мы шли по коридору, все встречные бледнели и шарахались в стороны. Неужели я так похож на привидение? Никогда бы не подумал. Конечно, я не успел переодеться после охоты на банного, но ведь драный вид не причина… Поведение моих спутников тоже переменилось. Они всячески выказывали мне свое уважение и почтительность. Это следовало запомнить. Просто так и кошка не прыгнет, а уж эти… Солдатская почта?

Тихо шлепнула дверь лифта, и кабина начала было подниматься, но почти сразу же что-то противно заскрежетало, она дернулась, перекосилась и замерла, как припаянная. Капитан лихорадочно застучал по кнопкам, однако лифт категорически отказался подчиняться.

— Черт знает что, — сказал капитан раздраженно.