Очертания огромной машины тоже заколебались, поэтому я не уловил момент, когда она сорвалась с места. С экрана не доносилось ни звука, но мне чудилось, будто я слышу бешеный рев пламени и свист рассекаемого короткими крыльями воздуха. Грузная с виду машина неожиданно плавным движением подняла нос, колеса оторвались от бетонной полосы… Внезапно словно кто-то невидимый встряхнул экран. Без всяких причин машины вздрогнула, качнула крыльями, резко вильнула в сторону и соскочила с бетонки. Колеса подняли дымные шлейфы, машина ударилась носом о землю. Весь экран заволокло серо-желтое облако.

— Какой ужас, — невольно вырвалось у меня.

Подполковник молча кивнул, а капитан спросил:

— Вы обратили внимание?

— На что?

— Секунды непосредственно перед аварией.

— Нет.

Пыльное облако постепенно рассасывалось. Стал виден разбитый аппарат. Его помятые крылья жалобно задрались вверх, несколько иллюминаторов вылетели. К счастью, пожара не возникло.

— Какой ужас, — повторил я. — Надеюсь, экипаж не пострадал?

— На сей раз обошлось, — недовольно сказал капитан, нажимая какую-то клавишу. По экрану заметались красные и желтые зигзаги. Потом снова возник смазанный движением силуэт «Вихря».

— Смотрите внимательней, — предложил капитан.

Изображение начало двигаться рывками, то и дело замирая. Опять самолет-ракета начал разбегаться, уже приподнялся и… неуклюже раскачиваясь свернул со взлетной полосы, сунувшись в песок. Но сейчас я заметил стремительно мелькнувшую черную полоску. Она пересекла бетонку под самым носом набиравшего скорость «Вихря».

— Что это? — вскричал я, невольно вытягивая палец.

— Заметили, — с мрачным удовлетворением констатировал подполковник.

— Заметил. Но я так и не понял, что именно заметил.

— Пусти еще раз стоп-кадрами, — приказал подполковник.

Капитан еще раз прокрутил запись. Теперь я различил крошечную черную фигурку, оказавшуюся на пути машины. Именно она испугала пилота «Вихря», потому что сразу после роковой встречи переднее колесо судорожно дернулось в сторону, многотонная махина покорно вильнула с бетонки навстречу бесславному концу.