— Наши компьютеры восстановили изображение по имеющимся записям, — проинформировал капитан. — Только после этого мы поняли, что произошло. Даю вторую запись.

Изображение, неуловимое для глаза, превратилось в рисованное. Снова «Вихрь» попытался взлететь, и снова катастрофа. На этот раз я все увидел в мельчайших деталях. Картина была настолько невероятной, что я растерянно попытался протереть глаза, чтобы отогнать наваждение. Дорогу «Вихрю» перебежала черная кошка. Воровато озираясь, она мчалась поперек полосы, прижав уши и вытянув хвост. Да-а. Если бы после такой встречи «Вихрь» сумел взлететь, это стало бы настоящим чудом. У меня невольно вырвалось:

— Кошка?!

Подполковник вздохнул.

— Сначала мы тоже не поверили, уж слишком далеким от реальности оказалось объяснение катастрофы, противоречащим всем законам природы.

— Да что вы знаете об этих законах? — перебил я его. — Простите.

— Ладно. Пилот сразу после аварии говорил, что ему перебежала дорогу черная кошка, но мы, конечно не поверили. Допрашивали, старались. И все зря. Хотя после научного анализа его версия подтвердилась, мы все равно ходатайствовали о наложении взыскания, потому что наш советский офицер не имеет права поддаваться тлетворному влиянию чуждой нам нечистой силы. Однако… — Он замялся. — Если бы это происшествие осталось единичным случаем. Как вы сами понимаете, этот факт огласке не подлежит, но я должен открыть вам тайну: летные испытания состоят из серии полетов. Вам была показана пленка, увы, не с первой аварией. Та застигла нас врасплох, мы оказались абсолютно не готовы. Но после нее были приняты все меры, которые мы полагали необходимыми. Однако аварии продолжались, хотя вдоль полосы было введено патрулирование специальных собачьих подразделений… Выяснилось, что это пустая трата времени и сил.