– Чудеса, – сказала Нина, с благодарным кивком принимая горячую чашку.

– Чудеса, – согласился Максим, ставя на стол свою чашку и усаживаясь напротив. – Мир ими полон. Ты не знала? Поверь, это так. Вот только что, как раз когда ты вошла, мне сообщили об очередном чуде…

Нина поморщилась, бросив неприязненный взгляд на молчащий телевизор.

– Да, – верно истолковав эту пантомиму, согласился Максим. – К сожалению, чудеса бывают не только радостные и светлые. Я бы даже сказал, что современные чудеса чаще всего как раз противоположного свойства – они темные и мрачные…

– Ну, и что же в них тогда чудесного?

– Как «что»? Из-за своей мрачности они ведь не делаются менее удивительными!

Нина глотнула кофе, затянулась сигаретой и приняла вызов.

– Не понимаю, что удивительного и тем более чудесного ты увидел в человеке, который умер от инфаркта прямо за рулем!

– Это смотря какой человек, – возразил Максим. – Во-первых, я его немного знал. Здоровье у него было прямо-таки бычье, уж ты мне поверь. А во-вторых, как-то все это очень странно. Это ведь не писатель какой-нибудь, не музыкант и не праздношатающийся прощелыга, а бизнесмен, глава солидной фирмы. То есть человек в высшей степени деловой и ответственный. И вот этот человек в один прекрасный день исчезает без следа, никого ни о чем не предупредив, не поставив в известность о своих планах. Исчезает, заметь, вместе со своим «мерседесом» на целых полтора месяца. Дела стоят, персонал фирмы не знает, что и думать, обращается в милицию, в ФСБ, разве что Богу не молится… Его ищут по всей стране, его портреты есть во всех отделениях милиции, номер его машины известен каждому инспектору ДПС от Москвы до самых до окраин. И – ничего. Как в воду канул. И вдруг объявляется в двадцати километрах от столицы. Мертвый. За рулем.

– Подумаешь, – сказала Нина. – Мало ли что! Может, у него был запой. Или, как теперь говорят, сдвиг по фазе. Временный. А потом пришел в себя и решил, что пора возвращаться домой…