Хозяин тоже поднялся. В руке у него белел вынутый из кармана одноразовый шприц.

– Не дури, – сказал он. – Ничего страшного, просто укол. Ну, как комарик укусил, совсем не больно…

Увидев прыгающее в его глазах дьявольское веселье, пленник испугался по-настоящему. Этот человек явно получал от происходящего огромное, ни с чем не сравнимое удовольствие; это был сумасшедший, и притом очень опасный.

– Не подходи! – что было сил завопил пленник. – Не подходи, тварь полоумная, загрызу!

Хозяин, впрочем, и не думал к нему подходить. Вместо этого вперед двинулись охранники – синхронно, не дожидаясь команды. Действуя с деловитой сноровкой опытных санитаров из отделения для буйных, они схватили пленника с двух сторон и зафиксировали в железном захвате. Сопротивляться им – все равно что пытаться бороться с парочкой бульдозеров; по сути дела, со всей этой процедурой без труда справился бы и один Шрек, который, высвободив левую руку, всей пятерней вцепился пленнику в волосы и отогнул его голову назад. Пленник только начал подумывать о том, чтобы пустить в ход ноги, как его лишили даже этой возможности: Шрек наступил ему на правую ногу, а его напарник – на левую. Теперь пленник мог только кричать, взывая к равнодушному бетонному потолку. Тогда он, сам не зная, зачем, собственно, это делает, заставил себя замолчать и до хруста в ушах стиснул зубы.

– Вот это правильно, – послышался голос хозяина. – Достоинство надо блюсти. Хотя дела это, увы, не меняет.

Пленник увидел у самого своего лица блеск тонкой стальной иглы с дрожащей на кончике прозрачной каплей.