— Ребята, ребята… — бормотал он, все еще оглушенный ударом.

— Страшно? — Атаман схватил его за волосы, оттянул голову назад. На шее Рэй почувствовал сталь, прямо под кадыком. — Ssysh', kogda strashno, suka? Запомни, ублюдок: русские не прощают! Если еще будешь совать нос в наши дела — пеняй на себя!

Они с хрустом разодрали на Рэе трусы, несколько раз пнули и быстро погрузились в машины. Отвязать его никто не позаботился, и лишь полтора часа спустя, когда приехала полиция — ни одна из проезжающих машин не остановилась, — Рэй смог прочесть намалеванные баллончиком на ветровом стекле слова.

«Америка наша, а не твоя! Umri, suka! Не лезь, куда тебя не просят, — не получишь русскую пулю! Hui!!!»

— Я хотел бы встретиться с людьми из ФБР, — сказал Томпсон мрачным полицейским.

— Я бы на вашем месте не придавал значения инциденту, — посоветовал лейтенант. — То есть, я хочу сказать, не думайте, что вами и вправду занялись русские. Никогда не слышал о такой банде… Скорее всего им заплатил кто-то из ваших знакомых. Держат на вас зуб, а? Женщина?

— Мне нужно обратиться в ФБР.

— Как хотите… Только они ваше дело не возьмут. Хулиганство. А что это за слова такие?

— Русские слова.

— Да?.. Вы знаете русский? — Лейтенант посмотрел на Рэя с уважением. — Майк, у нас остался горячий кофе? Плесни в стакан. Да вы, оказывается, проф? У меня сестра занимается мертвыми языками. Ну, знаете: латынь-матынь, иврит-миврит… Может, и русский знает.

Лейтенант ошибался: в ФБР Томпсону учинили длиннющий допрос. Рэю временами очень хотелось рассказать и о Бечике, и о деньгах, но инцидент на дороге несколько поумерил его желание откровенничать. Ожидали ли русские и этого эффекта?.. Он не знал. Но твердо держался своей версии: русскими заинтересовался случайно, оказавшись без работы, информацию искал в Интернете, верстал и редактировал сам, помогал один знакомый.