Под ногами хлюпало. Ветер шелестел осокой. Мы крадучись пробирались по болотистому дну оврага.

Если подняться во весь рост – трава мне по шею. А Ксюшу – скрывала с головой. Девчонка неутомимо карабкалась через заросли. Я брёл следом. И мрачно размышлял: упорная. Так просто от неё не отвяжешься… Да и теперь мы, вроде, подельники?

Я глянул по сторонам. Мы уже далеко. Пора кое в чём разобраться:

– Ксюша… а почему здесь никто не живёт?

– Потому, что их выселили, – буднично объяснила она.

– Зачем? Атомная станция рванула?

Ксения тихо засмеялась:

– Откуда ты такой взялся?

– Не знаю, – честно ответил я, – Слушай, как добраться до города?

– А у тебя есть пропуск?

– Пропуск? – я ощутил себя великовозрастным придурком. Что-то странное творится вокруг. И сопливый ребёнок понимает больше меня! Несправедливо…

Она оглянулась и дружески ткнула меня острым кулачком:

– Хороший ты парень. Только поменьше тормози, ладно?

Мы напились воды из ручья.

А метров через сто Ксения свернула влево. И опять полезла в гору. Назад в деревню?!

Я не выдержал. Поймал её за куртку:

– Ты сдурела?

– Там рюкзак и велосипед! – сердито прошипела Ксения, – В другом дворе!

Я её отпустил. Конечно, такое ценное имущество она ни за что не бросит.

А девчонка вдруг спохватилась, извлекла крохотное зеркальце и стала наводить «красоту». Послюнявила чистый носовой платок, вытерла грязь и кровь с мордашки. Критически осмотрела наливающийся синяк. Лишь тогда, ощутив себе готовой, спрятала зеркальце в карман.

Я усмехнулся. Несмотря на юный возраст, логика у неё – вполне женская.

Завершив «макияж», Ксения опять полезла вверх по склону.